Учиться! Учиться. И еще раз учиться?

Учиться! Учиться. И еще раз учиться?

Указом декабря 7208 года от сотворения мира (от Рождества же Христова 1699) царь Петр Великий перенес начало нового астрономического года с первого сентября на первое января. Но без праздника мы не остались. 1 сентября – все-таки Новый год – новый академический год.

Правда, не во всем мире дата 1 сентября столь свята. В различных образовательных системах, и даже в школах одной и той же страны, учеба может начинаться в промежутке от 20 августа и до 1 октября – как кому удобнее и приятнее.

И в США и в странах Европы системы образования могут быть совершенно отличными от города к городу и даже от улицы к улице – смотря к какому учебному округу эти улицы принадлежат. Вмешательство государства проявляется в единой системе обязательных тестов, в остальном школы контролируются местной администрацией и попечительскими комитетами, в которые избираются представители общины, содержащей школу. Поскольку именно такие комитеты занимаются вопросами учительской зарплаты – родителям в иностранных школах не хамят.

Местная школьная администрация сама решает, чему и как учить детей. Если в Европе еще придерживаются каких-то общих норм, то в Америке это, порой, приводит к казусам. Вроде случая в Арканзасе, где на географии рассказывали о стране Мильхеседек, жители которой говорят на английском, иврите и русско-карпатском и занимаются исключительно оффшорными операциями. Преподаватель нашел сайт "Мильхеседек" в Интернете и свято поверил в ее существование. Наши министерские учебники, конечно, тоже не фонтан, но все таки страна Мильхеседек в них не фигурирует.

Уровень школы в Штатах полностью зависит от благосостояния конкретного района. Нищий район может позволить себе только нищую школу. Ходить в другую нельзя, американцы учатся там, где живут. Правда, место жительства подтверждается не документом, достаточно предъявить любое письмо, направленное вам, и адресованное на нужный район. Так что схитрить довольно легко, но додумываются почему-то лишь наши эмигранты. Хуже во Франции, где для зачисления ребенка в местную школу нужно предъявить паспорт, свидетельство о рождении, кучу справок.

При всех различиях уровня, принципов преподавания, школьных курсов у европейских и американских школ есть две черты, объединяющие их между собой и отличающие от наших школ. Все без исключения импортные школы – стадийно-дивергентны (во какие слова!).

Если то же самое сказать по человечески: во всех странах обучение разбито на этапы. Это не просто привычные нам начальные, средние и старшие классы. В отличии от наших школ, где можно все 11 (а теперь и 12) лет проучиться в одном здании, европейские и американские школьники, переходя с этапа на этап, меняют и школу. Этапы образования всегда сопровождаются различными общегосударственными экзаменами (11+ examination, Ordinary-level, Advanced-level – в Англии, Citywide Test – в Штатах, Abitur-level и др. – в Германии). И хотя экзамены сдаются в разное время и в разном возрасте, цель у них одна – отфильтровать учеников.

Для чего учатся в школе наши дети? Да просто для того, чтобы учиться – так положено, и вообще, если они не в школе, значит, хулиганят по улицам. О целях и перспективах начинают задумываться лишь в старших классах. В западных школах еще с детского садика – ты учишься, чтобы работать, а потому изучать следует то, что поможет тебе в будущем.

Всю начальную школу (обычно до 11-12 лет) детеныша не только обучают счету, письму, азам научных знаний (General science), но еще и тщательно следят – к чему у него способности, и вообще есть ли таковые. Переходя к тому, что условно можно назвать средним образованием, европейские и американские дети разделяются по талантам. Технарей (Science pupils) не истязают сочинениями, а гуманитариям (Art pupils) не объясняют законы Ома. Каждый занимается своим.

Англичане имеют grammar school (классическую) и secondary modern school (прагматическая направленность), немцы - "технарные" Hauptschule и Realschule и гуманитарные Gymnasium. Попытка объединить гуманитарные и технические предметы – недавнее педагогическое новшество (comprehensive school в Англии и Gesamtschule в Германии), к тому же не пользующее большим успехом ни у учителей, ни у учеников, ни у родителей.

В Америке тот же эффект достигает существованием "школ с уклоном", и свободным выбором предметов. Если внимательно смотреть американские молодежные фильмы, можно заметить, что ученики часто не знакомы друг с другом. Это потому, что классов как таковых нет, ученики сами составляют себе расписание.

Но позвольте, как же так? Получается, если они технари, так у них нет ни малейших шансов охватить всю ширину мировой литературы и глубину мировой истории, а если гуманитарии – никогда им не узнать, что такое валентность. Тяжкий вздох вырывается из учительской груди, и сливается в этом вздохе жгучее сострадание к недоучкам из Европ-Америк, и легкое злорадное удовлетворение – все таки наша система "найкраща".

Только все же не стоит сильно жалеть их обделенных учеников. Все дело в разных подходах к целям образования. У нас стремятся обучить всех всему. В идеале, из нашей школы должны выходить эдакие всесторонне развитые индивидуумы, титаны духа и тела, способные равно восхищаться стройность поэтической строфы, совершенством математического уравнения и эстетикой прыжка с шестом. А если реальность и не дотягивает до идеала, что ж, виноваты обстоятельства – ученическая лень, нехватка пособий и эпидемия гриппа посреди учебного года.

Заграницей школе обстоятельства не мешают, хотя бы потому, что совершенно не ставиться целью обучить ВСЕМУ. Более того, они не стремятся учить ВСЕХ. И более того, считают, что учить всех ВРЕДНО. Система тяжелых государственных экзаменов, разделение по разнотипным школам нацелены на то, чтобы установить, сколько же знаний реально нужно вот этому конкретному парню/девице. И не давать больше, чем требуется. Объем знаний так же определяет социальный статус человека, как и его счет в банке. А следовательно образование не должно быть всеобщим и единым. Ведь если все как один миллионеры – это все равно, что все как один нищие. И если у всех есть высшее образование – это все равно, что его не имеет никто.

У нас среднее образование получает любой – не в школе, так в училище (ныне благозвучно переименованные в колледжи). В Британии не более половины из пришедших в класс школьников доходят до Certificate of Secondary Education – свидетельства о среднем образовании. Во Франции 47% учеников покидают классы прежде, чем получат "baccalaureate", степень, дающую возможность поступить в университет.

Западники категорически убеждены – для водителя грузовика теорема Фалеса и импрессионисты не только не нужны, но даже опасны. Очень немногим предстоит стать интеллектуальной элитой, остальным, в силу их способностей и возможностей, придется выполнять довольно скучную работу – торговать обувью или мыть сортиры. Мойщик сортиров, обремененный знаниями таблицы Менделеева и мыслями о Барселоне как центре кубизма, заскучает, сопьется, и что самое ужасное – сортир так и останется невымытым.

Но не следует думать, что кто-либо отсекает школьников от получения знаний. Наоборот, школы работают как гигантские сита, тщательно отсеивающие и извлекающие любого рода таланты. Любой, кто желает учиться, делать карьеру, продвигаться по социальной лестнице будет моментально втянут в систему многочисленных конкурсов, грантов поддержки, сертификатов и поощрений. Если родители принадлежат к низшим социальным слоям, а их чадо вдруг обнаружит высокий уровень интеллекта и способностей, только непробиваемая лень или наркотики могут помещать ему изменить свой социальный статус.

И "старая" элита тоже старается не опускаться, поддерживает "внутриэлитный" уровень образования – ведь именно это и делает ее элитой. Существует система частных школ. Во Франции и Штатах понятие частной школы часто связывается с церковью и религией, но в Британии именно "public schools" дают наилучшее образование. С раннего детства ребенок завязывает нужные связи и контакты. Ученики супер-престижных Итона, Харроу, Ригби называют себя "old boys network". Любой, познакомившийся с Гарри Поттером знает, как выглядит жизнь в закрытой частной школе. Покидая стены своей школы, выпускники сохраняют верность товарищам, создают сеть контактов и взаимопомощи, единство высшего класса, хранящего силу и мощь Британии.

Наша система образования лучшая в мире, она признана таковой официально. Из всех мировых школьных систем она дает максимальную возможность для развития любой личности. Полезная для индивидуума, она тем не менее… губительна для общества. Грязь в туалетах, грубость обслуживающего персонала и прочие чисто советские явления напрямую связаны с нашей системой образования.

Уже в школе ученикам стремятся дать достаточно высокий уровень общего образования. Настолько высокий, что большинству он заведомо не нужен и лишь создает завышенную самооценку. В отличии от западных школ, у наших выпускников нет ощущения, что они занимают свое место и их гордость – хорошо выполненная работа. Возникает ощущение постоянного недовольства недостаточно высоким положением и желание показать всем свою значительность. Разве их дело подметать в вагоне и разносить чай? Их дело руководить пассажирами.

Наши дипломы не оплачиваются деньгами, не стоят "пота и крови", они даются всем, они даются легко, а потому не стоят ничего. Уровень образования и социальный статус никак не связаны, наше общедоступное среднее и «облегченно» доступное высшее образование не являются гарантией работы.

Илона Волынская,

Кирилл Кащеев


Возврат к списку