Война не за веру, а за душу

Война не за веру, а за душу 09.04.2012 Дамские романы говорят о любви. Боевики сводятся к историям о власти и деньгах. Научная фантастика размышляет на тему прогресса, человека и границ познания. А фэнтези... так уж повелось, что центральная тема фэнтези — Бог и человек. Мечи и магия — скорее средства, но не цель. Основная интрига разворачивается вокруг человека и его души, человека и высшей силы, в борьбе высших сил. Фэнтези самый духовный жанр в современной литературе и при этом самый популярный. Современного человека интересует тема высших сил и божественного, своего места во Вселенной и предназначения... Но ответы большинство людей ищет не в религиозной литературе и не у церкви, а в светской фэнтези.

Основой фэнтези может быть греческий миф (боги Олимпа), скандинавский (Один с компанией), индийский (Брахма, Шива, Вишну), японский (духи, демоны, синегами), и конечно кельтский (эльфы, орки, гномы)... При этом и Р. Толкиена, и К. Льюиса относят к христианскому фэнтези (в «Хрониках Нарнии» лев Аслан — символ Христа).

На христианскую тему существует громадный блок печатной и кино-фэнтези: от самых примитивных, где Шварцнегер дьявола бьет, до более сложных, вроде «Константина», «Войны ангелов», сатирической «Догмы». В Западной Европе и Штатах пишут и снимают фэнтези больше, чем у нас, но при этом они значительно религиознее нас. Для католиков, англикан, протестантов церковь — часть их повседневной жизни (воскресные посещения проповедей, мероприятий, общение со священником и т.д.). Религиозность общества ведет к появлению авторов, религиозных «по жизни», а те создают фэнтези-литературу и кино, опирающиеся на христианство.

Проникновение фэнтезийной литературы в Россию и Украину, т.е. в православный мир, а также появление своей фэнтези повлекло что-то вроде... войны за души! Фэнтези (переводная и отечественная) попала в руки читателей и ее авторы даже не заметили, как победили в войне... не зная, что она идет и они в ней участвуют! Они стали авторитетами нации в главных мировоззренческих вопросах! Как раз на «Гарри Поттере» церковь заметила, что оказалась не у дел. Место в душе и культуре, которое она не смогла занять, но считала по праву своим, легко и непринужденно занял Гарри Поттер. Надолго ли? Это другой вопрос. Все-таки церковь в этом деле очень давно.

Первая реакция церкви на происходящее оказалась предельно глупой — может быть потому, что инициативу проявили воцерковленные тетеньки вроде тех бабушек, что гонят из храма девочек в брюках. Увидев в «Гарри Поттере» серьезного конкурента, они сразу объявили его носителем абсолютного зла, от которого детей надо защищать. Интересно, что менее известные детские фэнтези такой бурной реакции не вызвали. Даже откровенно богоборческие и антицерковные «Темные начала» Ф. Пулмана, и «Перси Джексон» Р. Риордана, где христианства вообще не существует, а властвуют античные боги. Что доказывает — тираж имеет значение.

Конец раздутому конфликту положила книга профессора Московской Духовной Академии протодиакона Андрея Кураева «Гарри Поттер в Церкви: между анафемой и улыбкой». Но одновременно пришло понимание — в современном обществе православные теологи, специалисты по взаимоотношениям человека и Бога оказались в положении... физиков-теоретиков. Все признают полезность, глубину и значимость теоретической физики — никто, кроме специалистов, работами теоретиков не интересуется! Диалог с обществом о Боге продолжают вести фэнтези-писатели. Как сказал протоиерей Максим Козлов, член Издательского совета РПЦ, доцент МДА: «Мы живем переизданиями того, что великие написали до нас и в очень небольшой части — современными произведениями... это проблема современной церковной культуры».

Дальше следовала попытка написать поистине православную фэнтези и предприняли ее профессионалы—священники или миряне, долго жившие при монастырях и глубоко проникнутые духом православия. Попытка не то чтобы потерпела неудачу... Она с треском провалилась!

Инок Всеволод (Филипьев) «Начальник тишины», «Ангелы приходят всегда» — грустная смесь из «Интердевочки» и «Бешенного», а когда «на сцене» появляется Христос... Ой-ой! Из известных могу еще назвать «Воителей» Ивана Константинова — смесь из Толкиена и «Рыцаря Ордена» С. Садова. Выделяются книги Юлии Вознесенской — ей Господь литературного дара отсыпал, но в своих детских книгах она делает положительных героев настолько положительными, что они превращаются в кукол. Печальным апофеозом стала книга Никоса Зерваса (псевдоним протоиерея Александра Шаргунова) «Дети против волшебников». Мораль сей сказки такова: есть Россия, вокруг которой толпятся все-все-все — от английских колдунов до, кажется, пингвинов Мадагаскара — не едят, не пьют, а только православной России зла желают. За что? А плохие они: индусы, шотландцы, исландцы, негры... Японцы, те вообще кошек мучают! Ну а главную предательницу, естественно зовут...

Не догадываетесь?

Нет. Не Юлией Тимошенко!

Саррой ее зовут, Саррой! Был бы предатель, был бы Абрам!

Хорошие у Никоса Зерваса только курсанты-суворовцы, которые могут бить исландского мальчика топором в лоб, а негритянскую девочку кулаком в морду. И это — хорошо потому, что герои — православные и хорошие по определению.

Церковь сперва не замечала фэнтези, потом осуждала, потом написала свою, но в конце концов фантасты и духовные лица пришли к паритету. «Разве лучше будет, если Христос станет персонажем сказки? Не лучше ли сознательно разграничить мир сказочной фантазии и мир церковной веры?» — спрашивает протодиакон А. Кураев. Дмитрий Емец, который кроме «Тани Гроттер» и «Мефодия Буслаева» пишет статьи и книги о православных святых, утверждает: «...упоминание Таинств, креста, Церкви, молитв имеет право существовать в реалистических жанрах. Когда все это прокрадывается в фэнтези — это губительно».

В общем, Богу Богово... а фантасту — фантастово.

Илона Волынская, Кирилл Кащеев, детские писатели,
авторы подростковых фэнтези-сериалов «Ирка Хортица» и «Сивир».